rusnazi8814 (rusnazi8814) wrote,
rusnazi8814
rusnazi8814

Category:

Штрассеризм как фантом большевизма

Оригинал взят у reich_erwacht в Штрассеризм как фантом большевизма
Это статья-предостережение для тех, кто видит в идеологии Штрассеров союзника по борьбе за право народов на самоопределение, освобождения от внутренних и внешних оккупантов и не видит ее левой, разрушительной сути.

Формирование взглядов и становление идеологии Отто и Грегора Штрассера

Отто Штрассер родился 10 сентября 1897 года в баварском городе Виндихейме. В семье Штрассеров было пять детей: Грегор, Отто, Пауль, Ольга и Антон. Отец работал в канцелярии местного суда. Ему доставляло удовольствие в свободное время заниматься изучением экономики и истории, что вылилось в многочисленных книгах, которые он публиковал в конце 19 века под псевдонимом Пауль Вегер. Почти все его работы вышли в книжной серии "Новый путь". Именно в этих книгах стоит искать корни политических, идеологических и других убеждений братьев Штрассер. Их отец проповедовал христианский социализм и с примесью национализма, который казался верным средством от всех болезней капитализма.

Когда началась Первая Мировая война, Отто и Грегор, как и многие другие, ушли добровольцами на фронт и прошли всю войну. После поражения Германии братья участвовали в ликвидации Баварской Советской республики в рядах корпуса фон Эппа. После этого их пути разошлись. Грегор стал активно участвовать в деятельности националистических кружков, стал аптекарем и осел в Ландсхуте, тогда как Отто находился в поиске своей политической доктрины. Он не признавал в полной мере реваншистский национализм, ни марксизм. Антисемитизм откровенно презирал. К Королевской династии и монархии он тоже относился отрицательно, считая ее одной из причин поражения в войне. Отличался буйным нравом и устраивал беспорядки, а в 1920 году создал "Академический союз ветеранов войны", который существовал как дочерняя организация Социал-демократической партии Германии. Во время капповского путча Отто так и не примкнул к мятежникам, в основном из-за их требования восстановления монархии. Позже он дал оценку восстанию как "контрреволюционный мятеж". После назначения вице-президентом "Республиканского союза руководителей" вел борьбу против монархических фрайкоров, возглавляя три "пролетарские сотни" в Берлине. Однако, к радости Штрассера, Капп и белые не смогли удержаться у власти.

Через некоторое время последовали события в Руре в марте 1920 года. Мятеж был подавлен, социал-демократическое правительство отменило Билефельдское соглашение. Штрассеру итоги этого восстания также не пришлись по душе, потому что он был сторонником массовой национализации. В связи с этим он покинул Социал-демократическую партию. "Отто Штрассер был той натурой, которая не могла получить полное удовлетворение от политики, если таковая не была связана с кровожадностью или кровавыми призывами" - писалось в одной из газет СДПГ.

Отто вернулся в Баварию, полностью запутавшись в политических берлинских интригах. Грегор позвал его на встречу с Людендорфом и Гитлером, и Отто, чтобы не расстраивать брата, принял предложение. Между Отто Штрассером и Гитлером сразу же обозначились серьезные разногласия, которые чуть было не закончились скандалом. Конфликт произошел после обеда, с обсуждения капповского путча. Гитлер заявил:

"Я не понимаю, герр Штрассер, как бывший офицер с такими заслугами мог во время мятежа Каппа командовать красными сотнями." Отто не решился высказаться, так как не хотел настроить против себя генерала Людендорфа, которого очень уважал. В то время как Гитлер яростно защищал мятежников, которые выступили против Версальского правительства, Штрассер осуждал их как реакционеров, "связанных с Тирпицем, прусской реакцией, тяжелой промышленностью, с Тиссеном и Круппом" Людендорф, к слову, тоже оказался недоволен путчем, но по совсем другой причине - "надо было по началу склонить на свою сторону народ, а лишь затем применять силу"


Далее Отто Штрассер сделал замечание насчет самой идеологии национал-социализма "Главный упор в этом сочетании надо делать на слове "социализм". Немецкой грамматикой установлено, что при таком словосочетании первая часть - это эпитет, определение второй, основной части"

Гитлер сослался на бессмысленную софистику, к которой прибегал Штрассер и закончил беседу длинным антисемитским монологом, после чего гости разошлись.

Отто не захотел присоединяться к НСДАП, мотивировав это участием в съезде Независимой социал-демократической партии, где он присутствовал как представитель голландской и швейцарской прессы. Именно там Г. Зиновьев произнес свою семичасовую речь. Даже в написанной 14 лет спустя Штрассером книге "Моя борьба" (да-да, название скопировано с книги Гитлера") чувствовалось, какой восхищение испытывал он перед этим революционером. Зиновьев (он же Апфельбаум) рассказал ему о большевистской России, о Ленине, о необходимости вести в Германии борьбу за социализм. После возвращения в Берлин Отто публикует в издаваемом ван ден Бруком журнале "Совесть" большую статью, посвященную встрече с Зиновьевым. Ван ден Брук оказал существенное влияние на мировоззрение Штрассера. Последний описывал его как "пророка Немецкой революции и блистательного провидца Третьего Рейха".

Вступление в НСДАП и дальнейшее противостояние Штрассеров с Гитлером и правым крылом партии. Уход из партии и эмиграция в Канаду.

В начале 1924 года, после запрета НСДАП, сторонники Гитлера решили участвовать в выборах в рейхстаг. Гитлер, заключенный в Ландсберге, не мог контролировать ситуацию. На выборах НСДАП получила 6,5 % голосов и заняла 32 кресла в парламенте. Движение раскололось, когда из тюрьмы освободился Гитлер. Он организовал 24 февраля 1925 года конференцию, с целью воссоздания НСДАП. Еще во время избирательной кампании 1924 года Грегор обратился к своему брату с целью разработать "обновленную национал-социалистическую идеологию". Братья сразу разделили "сферы влияния". Отто стал "северогерманским идеологом". Он писал статьи и готовил речи для брата. В сентябре 1925 года Г. Штрассер созвал в Хагене партийное собрание, которое должно было выработать политическую линию для северной части НСДАП. Она должна была стать независимой от мюнхенской, гитлеровской НСДАП. По результатам собрания, уже в октябре 1925 года Геббельс и О. Штрассер вовсю пропагандировали разрыв отношений с Мюнхеном, т.е. призывали к мятежу и расколу партии. Гитлер был информирован о деятельности левых и решил продемонстрировать дипломатическую гибкость. На собрании в Ганновере левые решили перейти в наступление, тем более, только Роберт Лей поддерживал Гитлера - момент был удачным. Незадолго до этого коммунисты и социал-демократы предложили обсудить инициативу о безвозмездной экспроприации имущества королевского и княжеских домов. Эту инициативу поддержали левые организации, а также средние слои. Штрассер писал, что левые национал-социалисты считают аморальным то, что "князья, ответственные за войну и ее последствия, получили бы назад свои замки, земли и чуть ли не все сотни миллионов золотом".

. Штрассер и Геббельс призывали общественность выступить против подобной поддержки знати. Гитлер же наоборот поддерживал тесные связи с герцогиней Саксен-Анхальтской и ставил целью сблизиться с консервативно-монархическими кругами Баварии. Штрассер и его левые соратники использовали это как повод для отделения от Гитлера. Однако, решение так и не было принято. Левоориентированные интеллектуалы разработали собственную программу, из которой были ясны видны их цели и задачи. Левые национал-социалисты признавали "25 пунктов", но сами ставили на первое место экономические вопросы, в отличии от Гитлера. Отто Штрассер высказывался за аграрную реформу, предусматривающую не только сильное ограничение частного землевладения, но и объединение крестьян в товарищества. В индустриальном секторе он ориентировался на массовую национализацию и передачу их под контроль некоего "народного сообщества". Трудящиеся должны были участвовать в управлении предприятием. В культурном направлении он ориентировался на некий "народный идеализм" и отказ от материалистической философии. Во внешней политике опирался на риторику Гитлера, присоединению Судетской области и Южного Тироля и сближении с Советской Россией. На пару эти страны должны были развязать "освободительную войну" против западных держав. В Ганновере программа Штрассера не получила полной поддержки. На очередном собрании в Бамберге 14 февраля 1926 года явной победы не удалось одержать ни одной из сторон, однако вскоре Геббельс, пораженный ораторскими способностями Гитлера перешел на его сторону. Гитлер продолжил сближение с правыми националистами, за что "революционные национал-социалисты" назвали его "предателем революционного движения". Кроме этого, союз с консерваторами пока был отложен, так как мог стать причиной формирования земельного правительства в Саксонии. Вместо этого Гитлер заключил пакт с пангерманскими националистами, и левые национал-социалисты потеряли в Саксонии все позиции. Кроме этого, когда оказалось, что марксисты не согласились на единый фронт с левыми национал-социалистами, то штрассерианцы оказались зажаты между молотом и наковальней - с одной стороны коммунисты, которые несмотря на схожесть взглядов отказались от союза и социал-демократы, а с другой стороны консерваторы, сплотившиеся в единый национальный фронт. После этого О. Штрассер потерял всех потенциальных союзников и практически потерял шансы серьезно влиять на ситуацию в НСДАП. Ему оставалось только упражняться в бессмысленной критике Гитлера. В 1930 году Отто Штрассер окончательно понял, что "для борьбы против капитализма и его приспешников" могли только левые партии, который сохранили достаточный революционный потенциал. Когда в апреле 1930 года рабочие тяжелой индустрии начали протест, то Штрассер ожидаемо его поддержал. Гитлер же отдал приказ Мучману, чтобы члены НСДАП прекратили забастовку.

Последняя встреча между Гитлером и Штрассером, окончательно определившая их позиции в важнейших для Германии вопросах состоялась в мае 1930 года. В это время Геббельс, уже перешедший на сторону Гитлера, нещадно критиковал Штрассера: "Этому жалкому неудачнику нетрудно быть радикальным, так как его группа никогда и нигде не несла ответственности за свой радикализм. И революция для него не переходная стадия, не средство достижения цели, а самоцель. Он выдумывает ее, сидя за письменным столом, оторванный от реальных возможностей."

Разрыв между Гитлером и штрассерианцами стал очевидным в первые полчаса беседы. Дальнейший семичасовой разговор наглядно продемонстрировали полнейшее отсутствие взаимопонимания.

Гитлер заявил "Вы же герр Штрассер, не имеете не малейшего понятие об искусстве... В действительности существует только вечное греко-нордическое искусство. В искусстве не бывает революций. Все, что может претендовать на имя искусства, бывает только греко-нордическим". Штрассер в ответ заявил, что культура возникает в органическом единстве взаимодействия различных народов. Он приводил в пример египетскую и китайскую культуры, которые стали выражением души народа. "Египетского или китайского искусства не существует. Ни китайцы, ни египтяне не были единой народностью. Верхушка этих народов была нордической, именно она и занималась созданием шедевров." - ответил ему Гитлер. Дебаты об искусстве закончились, после того как Штрассер отказался обсуждать расовую теорию как единственно важный компонент, который определял партийную идеологию. После обсуждения роли вождя, где точки зрения также расходились, лидеры перешли к обсуждению социализма. Штрассер упрекнул Гитлера в том, что он "удушает революционный социализм в интересах получения партией легального статуса, а также сотрудничает с правыми буржуазными партиями."

Гитлер уклонился от прямого ответа и заявил о расовом содержании национал-социализма: "Массам ничего не нужно, кроме хлеба и зрелищ. Они ничего не понимают в каких-то идеалах. Мы никогда не увидим, как массы проникнуться ими. Мы нуждаемся только в отборе: людям, из которых будут формировать новую элиту." Кроме этого, Гитлер раскритиковал союз с СССР: "Любой союз с Россией невозможен, так как там славяно-татарским телом заправляет еврейская голова". Отто Штрассер хотел доказать, что Гитлер не являлся социалистом: "Хорошо, герр Гитлер, вопросы которые я хотел бы задать вам, звучат следующим образом. Убеждены ли вы, как и я, что наша революция в сфере политики, экономики, культуры должна носить тотальный характер? Планируете ли вы революцию, которая с одинаковой силой будет бороться с интернациональным марксизмом и буржуазным капитализмом? Хотите ли вы установления немецкого социализма, чтобы наша пропаганда нападала на одних также, как и на других?" Затем Отто Штрассер изложил содержание собственной программы, на что Гитлер ответил: "Это же чистой воды марксизм! Это почти большевизм! Вы хотите распространить демократические принципы на сферу экономики. Демократия уже ответственна за те руины, в которых мы вынуждены жить." Далее Гитлер отрывистыми фразами объяснил Штрассеру, что капиталистической системы вообще не существует, что автаркия это истинное безумие, что Германия организует торговлю на основе товарообмена, что национализация и социализация являются большевизмом.

На вопрос Штрассера "Допустим, герр Гитлер, завтра вы придете к власти. Что вы сделаете с Круппом? Оставите ли вы его предприятие неприкосновенными?" Гитлер дал однозначный ответ: "Само собой разумеется, да. Вы считаете меня настолько ненормальным, чтобы я разрушил немецкую тяжелую промышленность? Наше национал-социалистическое государство, как и фашистское, будет защищать интересы и трудящихся, и работодателей, выступая при необходимости в качестве арбитра, регулируя конфликты". С этими словами Гитлер прервал дискуссию, сославшись на то, что у него запланированы другие встречи.

После ухода из НСДАП, в июле 1930г. группа Штрассера образовала «Боевое содружество революционных национал-социалистов» /БСРНС/. Вскоре к нему примкнули несколько сот функционеров НСДАП и СА. Эмблема Боевого содружества сочетала меч, молот и черный флаг со свастикой. Однако большинство левых нацистов вновь не решилось порвать с Гитлером, чье влияние на массы становилось все сильнее. КПГ же в соответствии со своей экстремистской сутью объявила организацию Отто Штрассера более вредной, чем сама НСДАП. Это было время резкого усиления влияния нацистской партии в рабочем классе. На выборах 1930г. за НСДАП голосовали 2 млн. рабочих, 200 тыс. рабочих состояли в СА. Среди членов партии доля рабочих составляла 28% /в два раза больше, чем их доля в КПГ– «партии безработных»/. Коммунистическая партия также получила значительный прирост голосов и повела решительную борьбу против «Боевого содружества», двое из трех секретарей которого перешли в КПГ. Но и БСРНС также росло численно. В апреле 1931г. в нем состояло уже 6 тысяч членов. – Пришли коммунисты и некоторых члены правых организаций – «Союза Оберланд», «Вервольфа». Большое пополнение «Боевое содружество» получило из штурмовых отрядов, в начале 30-х годов находившихся в постоянном брожении. СА и НСДАП были запрещены после «пивного путча» в ноябре 1923г., но продолжали действовать под названием «Фронтбан» во главе с капитаном Эрнстом Ремом, выпущенным из тюрьмы сразу после суда. Не признававший иерархии, основанной на строгом идеологическом единстве, Рем был сторонником объединения партии с многочисленными праворадикальными «фёлькиш-группами», имевшими самостоятельные программы. Он попытался создать из этой кочующей массы «Национал-социалистическую партию свободы», но Гитлер после освобождения из тюрьмы в декабре 1924г. восстановил НСДАП и развалил партию Рема. В мае следующего года Рем отказался от руководства штурмовиками и уехал военным инструктором в Боливию.До начала 1926г. СА подчинялись гауляйторам, затем их возглавил штрассеровец фон Заломон, разделивший Германию и Австрию на семь групп СА. Скоро Гитлер понял, что из нового руководителя не удастся сделать марионетку. Штурмовые отряды постепенно превращались в один из главных бастионов левого крыла НСДАП. Дело дошло до путча, когда начальник одной из групп Вальтер Штеннес захватил резиденцию Геббельса в Берлине и удерживал ее три дня. Путч подавили с помощью полиции, после чего исключенные из партии путчисты образовали «Национал-социалистическое боевое движение Германии» во главе со Штеннесом, через два месяца сократившееся с 9 до 2 тысяч. Но после присоединения «Боевого движения» к революционным национал-социалистам Отто Штрассера его группа распространила свою деятельность на всю страну. К новой организации, получившей название «Боевого содружества», примкнул ряд «старых бойцов», в их числе бывший адъютант Гиммлера по руководству СС Г.Густерт. Отто стал политическим, а Штеннес – военным руководителем «Боевого содружества», возросшего до 10 тысяч. Однако произошел новый раскол. Часть членов ушла в КПГ и НСДАП. Кроме того, образовались две другие лево-нацистские организации. Вдобавок в сентябре 1931г. от «Боевого содружества» откололась группа В.Штеннеса, и ко второму имперскому конгрессу революционных национал-социалистов /октябрь/ в их рядах осталось около 2,5 тыс. человек.

Распад этих многочисленных групп, конечно, не был делом случая. Их губило несовпадающее понимание участниками целей движения и применяемых средств, не до конца ясных самим основателям. Самый упорный из них – Отто Штрассер постоянно пытался воплотить свои расплывчатые идеи в причудливых организационных формах.В конце 1931г. в Берлине О.Штрассер объединил, левонацистские и национал-большевистские организации в «Чёрный Фронт», под самоназванием «школа офицеров и унтер-офицеров немецкой революции». Лозунг Отто «За немецкую народную революцию!» заимствовал к этому времени руководитель КПГ Эрнст Тельман. Постепенно обозначалось отступление от национальных интересов. Позднее Штрассер писал о «Чёрном фронте»: «Это была разновидность масонской организации, которая пустила корни в каждом классе, касте или партии германского общества. Руководящее ядро организации, которое я возглавлял, состояло из верных друзей, порвавших с нацистами и официально сотрудничавших с «Чёрным фронтом». Остальные члены организации оставались в тени. Таким образом, слово «чёрный» означало еще и невидимость и неуловимость наших действий для немецкого общества… У членов «Чёрного фронта» были звания, как принято в масонской ложе и такие «собрания» действовали во всех больших гарнизонных городах и промышленных центрах Германии». В это время «революционные национал-социалисты» тесно сотрудничали с коммунистами, участвуя в совместных забастовках, демонстрациях, бойкотах и драках со штурмовиками. Организовывались различные комитеты, собрания и дискуссии с участием Отто Штрассера и видных деятелей КПГ /В.Мюнценберг, Х.Нойман…/. На конгрессе революционных национал-социалистов в сентябре 1932г. двумстам делегатам была представлена новая боевая организация «Чёрная гвардия». Но копии с СС не получилось из-за недостатка дисциплины и подлинной воли к действию.

30 января 1933 года канцлером стал Гитлер, а 28 февраля после поджога рейхстага он получил от Гинденбурга “карт-бланш” на репрессии против левых и коммунистов. Это стало окончательным приговором “Чёрному фронту”:
“В течении недели в Берлине были арестованы сотни членов Чёрного фронта. Волна арестов прокатилась и по провинции, за исключением Баварии и южной Германии...”

Отто бежал из Берлина сначала в Тюрингию, а оттуда в Баварию. Вскоре Штрассеру пришлось убраться из Германии и переехать в Австрию, а оттуда в Чехословакию, в столице которой Отто официально основал заграничную штаб-квартиру “Чёрного фронта”, правда даже в Германии уже никакого единого “Фронта” не было.
В дальнейшем Отто Штрассер перебрался в Канаду, где жил до конца войны и выпускал листовки антифашистского содержания.

Штрассеризм в послевоенный период и в наши дни

Пик наибольшей активности революционных штрассеровцев в Европе приходится на 1960-е и 1970-е годы. Ближе к концу 1960-х годов крепкая и влиятельная штрассеровская фракция появилась в Национал-Демократической Партии Германии (НДПГ), самой крупной партии немецких крайне правых. Именно она сыграла ведущую роль в отстранении от партийного руководства Адольфа фон Таддена (Adolf von Thadden), её лидера, и внесла существенные изменения в её идеологию, которая стала ещё более контркапиталистической, антибуржуазной и народническо-социалистической. Штрассеровцы, по сути, развалили НДПГ, решительно осудили "косный реакционный гитлеризм" и приложили немало усилий для изживания его в партийных рядах.

В 1982 году знаменитый ультраправый НС-радикал Михаэль Кюнен (Michael Kuhnen) опубликовал штрассеровский по содержанию памфлет «Прощание с Гитлером», ставший руководством для многих революционных национал-социалистов Европы. Небольшая партия Volkssozialistische Bewegung Deutschlands/Partei der Arbeit (Народно-социалистическое Движение Германии/Рабочая Партия), запрещённая немецкими властями в 1982 году, была также штрассеровской и левой национал-социалистической. Её приемником стал «Националистический Фронт», призывавший к «антиматериалистической культурной революции» и «антикапиталистической социальной революции». В конце 1980-х годов Freiheitliche Deutsche Arbeiterpartei (Свободная Германская Рабочая Партия) под руководством Фридхельма Буссе (Friedhelm Busse) взяла курс на антикапиталистический национал-социализм с отчётливо штрассеровским уклоном.

В Великобритании штрассеровцы появились в начале 1970-х годов как инициативная группа в составе «Национального Фронта» (National Front). Вокруг партийного издания «Britain First» сложился круг авторов, куда входили Дэвид Мак Калден (David McCalden), Дэнис Пири (Denis Pirie) и Ричард Лоусон (Richard Lawson), оппозиционно настроенные против главы партии Джона Тиндэлла (John Tyndall). Они заключили союз с Джоном Кингсли Ридом (John Kingsley Read) и вместе с ним ушли в «Национальную Партию» (National Party).

«Национальная Партия» разработала внятную социал-экономическую программу, опиравшуюся в том числе и на взгляды Отто Штрассера, и призвала британский пролетариат к действиям во имя завоевания права на труд. Тем не менее организационная деятельность партии вскоре сошла на нет во многом из-за её лидера Рида и ухода основных активистов-штрассеровцев.

Эндрю Бронс (Andrew Brons) в начале 1980-х годов рискнул снова переформатировать идеологию «Национального Фронта» и перенаправить её в штрассеровское русло. Но полноценная фракция так и не сложилась в официальном «Национальном Фронте» и отошла на периферию вместе с утратившим лидерство Ричардом Лоусоном. В конечном итоге эта группа «политических солдат» (Political Soldier) стала апеллировать к традиционно-социалистическому дистрибутизму с сильнейшей антикапиталистической риторикой. Впоследствии британское национал-революционное сообщество «Интернациональная Третья Позиция» (International Third Position) встало на позиции социал-националистического революционного штрассеризма.

В этой среде сложились оригинальные взгляды небезызвестного идеолога и теоретика «третьего пути» Троя Саутгейта (Troy Southgate) - музыканта, контркультурного публициста, национал-большевика, евразийца и, позднее, национал-анархиста, написавшего несколько насквозь лживых статей. Идейно-мировоззренческая платформа организаций «Английское Националистическое Движение» (English Nationalist Movement) и «Национал-Революционная Фракция» (National Revolutionary Faction), в которых он активно участвовал, тоже основывалась на идеях Штрассера. В декабре 2010 года увидела свет двухсотстраничная биография Отто Штрассера «Otto Strasser: The Life and Times of a German Socialist» («Отто Штрассер: Жизнь и эпоха германского социалиста»), написанная Саутгейтом и изданная издательством «Black Front Press».

В 1990-х и 2000-х годах рост штрассеровских организаций наблюдается повсеместно в Европе, в Америке, в России и даже в Австралии и Новой Зеландии. На самом деле ареал распространения левого антинацистского национал-социализма, национал-большевизма и национал-анархизма внушителен. В Греции, например, существует штрассеровский проект национал-автономов «Mavros Krinos» («Чёрная Лилия»), стоящий на позициях революционного национал-социализма и антикапитализма. В США теперь уже бывший ультраправый радикал и расист Том Метцгер (Tom Metzger), глава воинствующего «Белого Арийского Сопротивления» (White Aryan Resistance (WAR)), познакомившийся с текстами Михаэля Кюнена, отчасти заинтересовался штрассеризмом, но его вряд ли можно назвать адекватным левым национал-социалистом, хотя его контакты с исламистами (например, с «Нацией Ислама») особенно любопытны.

Таким образом, штрассеризм является преимущественно левой идеологией, проповедующей "социализм" в его марксистской версии, с ее вооруженным захватом власти, "отнять и поделить" в виде национализации промышленности и объединения крестьян в пресловутые "товарищества", участие рабочих в "управлении предприятием".Еще больше сходства с большевизмом можно увидеть в отношении Отто Штрассера к аристократии и монархии в целом. Также как большевики ненавидели царя, так и Штрассер презирал немецкую монархию, огульно возлагая на нее поражение в Первой Мировой войне. Штрассерианцы используют типичную левую терминологию "о необходимости борьбы против империалистов и буржуазии". Псевдоборцы за счастье и благополучие народа абсолютно не гнушались контактами и просьбами о союзе и помощи с коммунистами в 30-е годы, против которых они якобы боролись, и не скрывая теперь своих симпатий к национал-большевизму и евразийству, революционный национал-социализм зарекомендовал себя как немногочисленная маргинальная теория, в момент возникновения страстно жаждущей марксистской революции, но в более ограниченном масштабе, в масштабе одной страны. В наше время многие последователи "истинного национал-социализма без Гитлера" испытывают симпатии к остальным антинародным идеологиям и течениям - сторонникам анархии, евразийства, национал-большевизма, доказывая что людям, которые хотят благополучия и счастья своему народа без коммунизма и либерализма не по пути со сторонниками варварских и антинациональных взглядов - революционными национал-социалистами.


Штр 1

Совместная акция левых революционных национал-социалистов и коммунистов в Саратове, декабрь 2014 года.

Штр 2

29 сентября 2012 года г. Иврея, Италия. Пикет штрассерианцев в рамках кампании за введение единого гарантированного пособия распространяемого на всех итальянцев, лишенных работы.

Штр 3

Первомай 2012 года в Германии пикет против "капиталистической эксплуатации"."В будущем, наше сопротивление капиталистической системе будет продолжаться, и наш голос будет услышан не только в день труда, но и в каждый день года!"

Штр 4

Штр 5

В России на традиционное левачество штрассерианцев в отдельных группах накладывается и некая языческая составляющая. На данном фото группа "Вольница" отмечает Комоедицу, 25 марта 2012 год, Ленинградская область.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments